Аудиокнига 'Слово о полку Игореве'

 

История подготовки текста «Слова о полку Игореве» к печати в конце XVIII в. Страница 5


1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12

Как известно, отдельные страницы первого издания «Слова» перепечатывались, причем в текст вкрались изменения: вместо «пълку» — «плъку», вместо «Владимир» — «Владиміръ» и др. Можно думать, что второе из этих изменений внесено не по рукописи, а является обычным для издателей «приноровлением» орфографии подлинника к орфографии XVIII в. Во всяком случае, в древних рукописях написание «Владиміръ» с «і» нам не встречалось. Что же касается первого случая, то изменение здесь введено, как нам кажется, для единообразия, к которому, как это ясно и из текста издания «Поучения», первые издатели были весьма чувствительны. Введя болгаризированные формы «ръ», «лъ» по рукописи, издатели вполне могли начать распространять эту особенность, принятую за древнюю «систему» рукописи «Слова», и на те случаи, где этих болгаризированных форм не было. Сомнительно, например, чтобы в рукописи действительно было написание «плъночь» (см. первое издание, с. 35), так как в «пол» «о» было исконным. Сомнительны и такие написания, как «Влъзe» (с. 9), «Чрънигова» (с. 13) и некоторые другие.

Вызывает размышление следующее наблюдение С. П. Обнорского: «Можно обратить внимание на то, что этот доминирующий в памятнике способ передачи сочетаний «о, е + р, л» по типу болгарской орфографии был освоен писцом «Слова» не сразу: по началу писец держался приблизительно старорусского типа написаний этих сочетаний, т. е. пользовался употреблением «ъ» перед плавным... а далее уже у него вырабатывается устойчивый прием написаний соответственных слов на болгарский лад, с «ъ» после плавного...»1. Заметим от себя, что переход от одной системы к другой (в данном случае от старорусской к болгаризированной) мало вероятен для писца (писец обычно придерживался каких-то своих постоянных приемов передачи текста, либо следуя за текстом подлинника, либо в некоторой степени его переиначивая, но не «перестраиваясь» на ходу); для издателя же текста, стремящегося к известному единообразию, попытка выдержать текст в одной орфографической системе гораздо вероятнее: издатель, переписывая текст для публикации, мог не сразу заметить, что в нем преобладают болгаризированные формы, и перешел к ним постепенно (ближе к концу). Перед нами — типичная ошибка малоопытного публикатора. Эта ошибка станет нам вполне понятной, если мы вспомним, что большинство болгаризированных форм было устранено в первоначальной копии с рукописи (как об этом свидетельствуют Екатерининская копия и издание 1793 г. «Поучения») и восстановлено по рукописи в издании 1800 г. Нам кажется естественным, что, восстанавливая текст по рукописи и не отказавшись от идеи «единообразия» орфографии, издатели увлеклись и переделали всю систему. Исправления по рукописи незаметно для самих издателей перешли в установление новой «системы».

При перепечатке самого начала «Слова» слово «пълку» в его заголовке было также переделано на «плъку» по этой новой «системе».

Следовательно, и тут перед нами еще одно соображение в пользу того, что у издателей 1800 г. была рукопись, которую они считали авторитетной, но передать все особенности которой они не могли главным образом потому, что стремились к корректорскому единообразию, с одной стороны, и к «правильности правописания» — с другой. В меньшей мере сказывалось неумение читать древние тексты.

В мусин-пушкинском издании «Поучения» «ю» после шипящих «ч» и «щ» заменяется, согласно орфографическим правилам XVIII в., на «у»: «душю» — «душу» (с. 6, 8), «възношюся» — «взношуся» (с. 9), «чюдна» — «чудна» (с. 12 bis), «чюдесъ» — «чудесъ» (с. 12 bis), «чюду» — «чуду» (с. 12), «чюдса» — «чудеса» (с. 13), «чюжимъ» — «чужимъ» (с. 22), «въсходящю» — «всходящу» (с. 29). К сожалению, мы не можем установить, как было бы в случаях с «я» после «ч» и «щ», так как в рукописи «Поучения» в этих случаях всегда «а», которое, естественно, в издании 1793 г. и сохраняется: «привечавше» (с. 24), «часто» (с. 26), «щадя» (с. 46) и др. В Екатерининской копии в основном «я» после «ч» и «щ» заменяется на «а», но в первом издании первоначальное «я» систематически восстанавливается: «начяти» (с. 1; Ек. — «начати»), «поскочяше» (с. 13; Ек. — «поскочаше»), «Святьславличя» (с. 15; Ек. — «Святъславлича»), «давечя» (с. 18; Ек. — «давеча»), «начяша» (с. 19; Ек. — «начаша»), «сыновчя» (с. 26; Ек. — «сыновча»), «Брячяслава» (с. 34; Ек. — «Брячаслава»), «начясте» (с. 35; Ек. — «начасте»). Имеется только один обратный случай: «Полочаномъ» (с. 33; Ек. — «Полочяномъ»).

Следовательно, и здесь перед нами несомненно свидетельство того, что текст «Слова» для издания 1800 г. выверялся по подлинной рукописи и приведенная выше особенность орфографии XVIII в., проникшая в первоначально подготовленный текст «Слова» (сохранившийся в Екатерининской копии), затем была отменена.

Отчасти в пользу той же выверки текста «Слова» по рукописи для издания 1800 г. свидетельствует еще и тот факт, что в издании 1800 г., сравнительно с Екатерининской копией, все цифровые обозначения чисел заменены буквенными, как в рукописи («і соколовь» bis; «въ г день» вместо «10 соколовъ» bis, «въ 3 день»).

Необходимо отметить, что замена «ь» на «ъ» и обратно, согласно орфографическим нормам XVIII в., проведена в мусин-пушкинском издании «Поучения» недостаточно последовательно. Так, например, в нескольких случаях «ь» в третьем лице единственного числа оставлено без изменений: «согрeшить» (с. 15), «избываеть» (с. 15), «оумeеть» (с. 28); оставлено в одном случае «потомь» (с. 37) при изменении «потомь» в «потомъ» в двух соседних случаях и т. д.

Такою же непоследовательностью в случаях с окончаниями на «ь» и «ъ» отличалась, по-видимому, и работа первых издателей «Слова» над его текстом.

Так, например, в первом издании «Слова» очень часто конечное «ъ» Екатерининской копии, соответствующее орфографическим нормам XVIII в., заменяется на «ь» — очевидно, в соответствии с написаниями рукописи: «былинамь» (с. 2; Ек. — «былинамъ»), «помняшеть» (с. 3; Ек. — «помняшетъ»), «соколовь» (с. 3, 4; Ек. — «соколовъ»), «умь» (с. 5, 6; Ек. — «умъ»), «трубять» (с. 7; Ек. — «трубятъ»), «имь» (с. 8; Ек. — «имъ»), «скачють» (с. 8; Ек. — «скачютъ»), «пасеть» (с. 9; Ек.: — «пасетъ»), «текуть» (с. 12; Ек. — «текутъ»), «человeкомь» (с. 17; Ек. — «человeкомъ»), «Святъславь» (с. 23; Ек. — «Святъславъ»), «зоветь» (с. 32; Ек. — «зоветъ»).


1 Обнорский С. П. Очерки по истории русского литературного языка..., с. 141.

1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12




 

Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Сайт о произведении "Слово о полку Игореве".