Аудиокнига 'Слово о полку Игореве'

 

Летописный свод Игоря Святославича и «Слово о полку Игореве»


1-2-3-4-5-6-7-8-9

История Ипатьевской летописи — важнейшей для изучения летописания XII в. — почти не исследована. Этому мешала и необычная сложность состава этого летописного свода конца XIII в., и отсутствие параллельных текстов. В общих чертах состав Ипатьевской летописи указан А. А. Шахматовым и несколько уточнен М. Д. Приселковым. В первой своей части это Киевский свод 1199 г. Рюрика Ростиславича, на который наложен Владимирско-Суздальский свод 30-х гг. XIII в. и Галицко-Волынская летопись конца XIII в. В Киевском своде 1199 г. отчетливо выделяется Черниговская летопись — как предполагает М. Д. Приселков, Игоря Святославича, героя «Слова о полку Игореве», ставшего черниговским князем после смерти Ярослава Всеволодовича в 1198 г. «Указанными четырьмя летописными памятниками — Киевским сводом, доведенным до 1198 г., Черниговским, Галицко-Волынским, доведенным до конца XIII в. и Владимирским полихроном начала XIV в. исчерпывается, как кажется, число источников Ипатьевской летописи»1.

В сложном по своему составу своде 1199 г. особый интерес представляют для нас семейные и личные княжеские летописцы, обнаруженные в нем внимательным наблюдением М. Д. Приселкова2. В скудных записях этих летописцев отмечены главным образом события семейной и личной жизни князей: рождение детей, браки, смерти, монашеские постриги, перемены княжения и изредка походы. Насколько предшествующее летописание общерусское было обширным по теме и исполнению, настолько это княжеское летописание оказалось узким по содержанию и несложным по выполнению. Однако в летописании княжеском — личном и семейном — имеется и положительная сторона: это интенсивность исторического самосознания, сознание исторической ценности личной деятельности, стремление сохранить для потомства частности собственной биографии. Нас поражает сейчас распространенность этой заботы об историческом отображении собственной деятельности. И это новое явление, снижая общую тему летописания как летописания всей страны, было тем не менее закономерно и в известной мере целесообразно связано с общей децентрализацией русской жизни XII в., с углублением процесса феодализации.

Из семейных и родовых княжеских летописцев в Ипатьевской летописи мы должны прежде всего отметить семейную хронику Ростиславичей — братьев киевского князя Рюрика Ростиславича, заботливо включенную в Киевский свод Рюрика Ростиславича 1199 г. его составителем — игуменом Выдубицкого монастыря Моисеем. Здесь были отмечены описания смерти и некрологи следующих князей: Святослава Ростиславича (под 1172 г.), Мстислава Ростиславича (под 1178 г.), Романа Ростиславича (под 1180 г.) и Давыда Ростиславича (под 1198 г.). «Некрологи ничего не сообщают о фактической стороне биографии умершего князя, о местных делах и отношениях, — пишет М. Д. Приселков, — а главным образом рисуют похвальные (всегда шаблонные) черты этих князей, как и полагается в некрологах»3.

Значительно больше упорства в собирании сведений и в ведении записей ощущается в родовом летописце Игоря Святославича. Подробности семейных дел Игоря Святославича отмечены в Ипатьевской летописи последовательно и без пропусков.

Под 1151 г. отмечено рождение Игоря Святославича. Под 1173 г. отмечено рождение у Игоря сына Владимира; под 1176 г. — рождение сына Олега, под 1177 г. — рождение сына Святослава. Под 1188 и 1190 гг. отмечены браки детей Игоря и т. д. К 1198 г. относится последнее известие этого летописца — о смерти Ярослава Всеволодовича Черниговского и о вокняжении в Чернигове «благоверного князя Игоря Святославича».

Из родственников Игоря Святославича особо отмечены в его летописце события жизни его брата Всеволода, идеализированного «Словом о полку Игореве» («буй-тур»). Проникновение сведений о нем в Ипатьевскую летопись именно из летописца Игоря доказывается тем, что дважды летописец поясняет его как «Игорева брата». Так пояснен он под 1180 г. и под 1196 г., где отмечена смерть «брата Игоря» Всеволода Святославича и дан краткий некролог его: «во Олговичех всих удалее рожаемь, и воспитаемь, и возрастом, и всею добротою, и мужьственою доблестью, и любовь имеяше ко всем»4. Некролог совпадает в общих чертах с общеизвестной характеристикой его в «Слове о полку Игореве». Отмечена в летописце Игоря и судьба Владимира Галицкого — сына Ярослава Осмомысла. Этого Владимира Ипатьевская летопись дважды отмечает как «шюрина» Игоря. Владимир, рассорившись с отцом, нигде не находил себе приюта, пока его не удержал у себя Игорь и не помирил с отцом.

Летописец Игоря Святославича включил в себя как составную часть летописец отца Игоря — Святослава Ольговича и летописец брата Игоря — Олега Святославича. Летописец Святослава Ольговича резко отличается от летописца Игоря Святославича своею большею подробностью, что может быть отчасти объяснено тем, что Святослав Ольгович был одно время великим князем Киевским. Сторонник Святослава Ольговича явно чувствуется в летописной статье 1146 г. Изяслав Давыдович идет на Святослава походом «похвалився». Сам Святослав отправляется против него «възря на Бога [и] на святую Богородицю, изииде в сретение ему в день четверток, месяца генваря в 16 день, бе же в тъ день положение веригам святаго апостола Петра; и тако Бог и сила животворящаго хреста погна я?». Интересно, что в сообщении этом точно указано время; в другой записи 1146 г. передаются мысли Святослава Ольговича: «Святославу же бы из головы, любов иже [любо же] дати жену и дети и дружину на полон, любо голову свою сложити».

Личный летописец Святослава виден и в сообщении 1147 г. о смерти дядьки Святослава — Петра Ильича: «И бысть к велику дни на веребницю, и ту преставися добрый старечь Петр Ильичь, иже бе отца его мужь, уже бо от старости не можаше ни на конь всести, бе ему лет 90».

Под следующим, 1148 г., находится чисто семейная дата: «В то же время Ростислав Смоленьский проси дчери у Святослава у Олговича за Романа, сына своего, Смоленьску; и ведена бысть из Новагорода, в неделю по водохрещах, месяца геньваря в 9 день». Под 1149 г. снова отмечено семейное событие Святослава Ольговича: «И ту к нему [к Юрию Долгорукому] приеха Святослав Ольговичь, на Спасошь [Спасов] день; и ту Святослав позва и? к собе на обед, и ту обедавше разъехашася. Въ утри же днь в неделю рано, въсходящю слнцю, родися у Святослава Олговича дчи, нарекоша в крещение имя еи Марья».

Под 1149 г. отмечен перенос тела брата Святослава Игоря в усыпальницу черниговских князей — собор Спаса.

Семейные сведения Святослава Ольговича даны и под 1165 г., и под 1166 г. (дважды).


1 Шахматов А. А. Обозрение русских летописных сводов XIV—XV вв. Л., 1938. Следует учесть, что существование Владимирского полихрона М. Д. Приселков отрицает и относит Владимирско-Суздальские известия Ипатьевской летописи к Владимирско-Суздальскому своду 30-х годов XIII в.
2 Приселков М. Д. История русского летописания XI—XV вв. Л., 1940, с. 49 и сл.
3 Приселков М. Д. История русского летописания XI—XV вв. Л., 1940.
4 Ипат. лет., под 1196 г. Все летописные цитаты далее по этой летописи.

1-2-3-4-5-6-7-8-9

Предыдущая глава




 

Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Сайт о произведении "Слово о полку Игореве".