Аудиокнига 'Слово о полку Игореве'

 

Летописный свод Игоря Святославича и «Слово о полку Игореве». Страница 7


1-2-3-4-5-6-7-8-9

Можно предположить, что автор «Слова о полку Игореве» был хорошо знаком с летописью своего князя — Игоря Святославича. Он оперирует на основании этой летописи сведениями об Олеге Гореславиче. Как указывает М. Д. Приселков1, автор «Слова» знал «Повесть временных лет» в значительном сокращении, что можно объяснить только тем, что в его руках находилась Черниговская летопись, где объем сведений, почерпнутых из «Повести временных лет», был далеко не полон. Отсюда, указывает М. Д. Приселков, такие неточные исторические сведения, как, например, известные слова автора «Слова о полку Игореве» о смерти Изяслава: «С тоя же Каялы Святоплъкь полелея отца своего междю угорьскими иноходьцы ко святей Софии к Киеву»2. М. Д. Приселков предполагает ошибочным обычное натянутое толкование «отца своего» в смысле «своего тестя» и считает вероятным, что автор «Слова» знал рассказ о сражении 1078 г., в котором погиб Изяслав, как и всю «Повесть временных лет» в сокращении, где подробности погребения Изяслава, например, были опущены и изложены в «Слове» автором в своем собственном толковании на черниговский лад: всех князей Чернигова хоронили в главной церкви Чернигова, и отца хоронил старший сын; поэтому он заставляет Святополка погребать Изяслава в Софии, главной церкви Киева, не зная, что в Киеве не всех князей хоронили в главной церкви3.

Предполагая, что «Летописец Игоря Святославича» придерживался какой-то своей черниговской версии, М. Д. Приселков был недалек от истины, и здесь мы должны перейти к одной из самых важных частей нашей работы о «Летописном своде» Игоря Святославича. Дело в том, что ни М. Д. Приселков, ни его предшественники, обратившие внимание на несоответствие этого места «Слова о полку Игореве» обычному тексту «Повести временных лет», как он читается в Лаврентьевской и Ипатьевской летописи, — М. Максимович4, А. С. Орлов5, Н. К. Гудзий6, В. Ф. Ржига и С. К. Шамбинаго7, Г. Шторм8, А. К. Югов9 и др. — не обратили внимание на новгородскую версию похорон Изяслава именно в храме Софии в Киеве. На эту новгородскую версию обратил мое внимание в частном письме артист Московского Художественного театра Иван Михайлович Кудрявцев. Это наблюдение Ив. М. Кудрявцева показалось мне настолько важным, что я опубликовал письмо в виде отдельной заметки в 1949 г.10

В Софийской I летописи читается: «Того же лета убиен бысть Изяслав Ярославичь с Борисом Вячеславичем у града Чернигова ту же и воевода его побиша: привели бо бяше половцев на Русьскую Землю. И положиша Изяслава в святей Софии в Киеве, и бысть княжения его 24 лета». Сходный текст читается под тем же годом и в Новгородской V летописи. Ясно: текст «Слова о полку Игореве» в данном случае менять не следует, тем более что Изяслав погиб в той же битве, что и Борис Вячеславич, о котором говорится в «Слове» — он погиб в одной битве с Борисом Вячеславичем, и, как выясняется по летописям Новгорода, обвинен был ими в том, что он навел на Русскую Землю половцев (это и объясняет то, почему смерть Бориса Вячеславича в «Слове» считается «судом божиим» над ним).

В «Слове о полку Игореве» есть и еще одно место, которое, очевидно, может быть объяснено только исходя из того, что история XI в. была известна автору «Слова» по новгородскому летописному источнику. Коснемся этого места подробно.

Выше мы уже видели, что, по «Слову», Всеслав Полоцкий бежит из Белгорода, скрывшись от киевлян в «синей мгле», что совпадает со сведениями «Повести временных лет», где он также бежит «утаився» от киевлян «бывши ночи». Следующая затем фраза «Слова» не может быть объяснена из обычного «киевского» текста «Повести временных лет»: «утръже вазнистри кусы» (по Екатерининской копии и сходно в первом издании). Общепринятое в настоящее время понимание «утрe же вазни с три кусы» (то есть схватил, добыл удачу с трех попыток) в связи с последующим «отвори врата Новуграду, разшибе славу Ярославу» находится в противоречии с текстом «Повести временных лет»: Всеслав, согласно киевскому тексту «Повести временных лет», бежал из Белгорода в Полоцк, в Новгороде же появился за полтора-два года перед тем.

Разгадка этого странного для автора «Слова» анахронизма заключается в том же самом тексте Софийской I летописи (и сходных с нею), в котором Ив. М. Кудрявцев нашел текст, оправдавший рассказ о похоронах Изяслава у святой Софии в Киеве.

В Софийской I, в Новгородской I младшего извода в результате дублирования известий, получившегося от соединения новгородских летописей и киевской «Повести временных лет» с различной хронологической сетью, Всеслав трижды появляется в Новгороде и один раз (последний), именно в 1069 г., после бегства его из Киева. Это означает, что сведения о бегстве Всеслава к Новгороду были получены автором «Слова» из летописи с новгородской традицией.

Не может быть сомнений в том, что в основе летописи отца Игоря Святославича черниговского князя Святослава Ольговича лежало новгородское летописание, а следовательно, и текст XI в., близкий к Начальному летописному своду, которым, как основательно было предположено А. А. Шахматовым, начинались новгородские летописи.

В самом деле, отец Игоря князь Святослав Ольгович был дважды новгородским князем и был женат на новгородке. Вот эти новгородские летописные тексты о княжении отца Игоря в Новгороде: «В то же лето (1136) приде Новугороду князь Святослав Ольговиць и-Щернигова, от брата Всеволодка, месяца июля в 19, преже 14 каланда августа, в неделю (в воскресенье. — Д. Л.), на сбор (собор. — Д. Л.) святые Еуфимие, в 3 час дне, а луне небесней в 19 день. Том же лете, наставъшю индикта 15, убиша Гюргя Жирославиця и с моста съвергоша, месяца септября. В то же лето святиша церковь святого Николы великым священиемь в 5 декабря. В то же лето оженися Святослав Олговиць Новегороде, и веньцяся своими попы у святого Николы; а Нифонт (архиепископ Новгорода. — Д. Л.) его не веньця, ни попом на сватбу, ни церенцем дасть, глаголя: «не достоить ея пояти». В то же лето стрелиша князя милостници Всеволожи, нъ жив бысть»11.

Обратим внимание на два обстоятельства в этом известии. Во-первых, вокняжение в Новгороде Святослава Ольговича отмечено в летописи с неслыханной точностью12, указывающей на то, что этому вокняжению летописец придавал особое значение. Возникает вопрос — не тут ли уже, в Новгороде, началось княжеское летописание Святослава. А во-вторых, в летописи указано, что Святослав женился на новгородке и, очевидно, простой по своему происхождению, раз архиепископ Нифонт отказался ее признать и объявил, что Святослав «не достоить ея пояти». Отсюда следует, что мать Игоря Святославича была новгородкой и при этом простого происхождения (не княжеского, во всяком случае).


1 Приселков М. Д. История русского летописания XI—XV вв., с. 52.
2 Орлов А. С. «Слово о полку Игореве», с. 69.
3 Приселков М. Д. История русского летописания XI—XV вв., с. 52.
4 Максимович М. Песнь о полку Игореве, переведенная на украинское наречие Михайлом Максимовичем. Киев, 1857, с. VII.
5 Орлов А. С. «Слово о полку Игореве», 1946, с. 107.
6 «Слово о полку Игореве». Под ред. Н. К. Гудзия. Л., Советский писатель, 1938, с. 342—343.
7 Комментарии к тексту «Слова» В. Ф Ржиги и С. К. Шамбинаго. — В кн: «Слово о полку Игореве». Л., Academia, 1934, с. 267—268.
8 «Слово о полку Игореве». Вступ. статья и примеч. Г. Шторма. М., Детгиз, 1934, с. 76.
9 «Слово о полку Игореве». Перевод и примеч. А. Югова М., 1945, с. 128.
10 Кудрявцев Ив. М. Заметка к тексту «С тоя же Каялы Святоплъкъ...» в «Слове о полку Игореве». — ТОДРЛ, т. VII. М. — Л., 1949, с. 407—409.
11 Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. Под ред. А. Н. Насонова. М. — Л., 1950, с. 24.
12 Точные даты могли быть исчислены известным новгородским математиком и автором канонических «Вопрошаний» Кириком, как раз в это время работавшим в Новгороде (его «Вопрошания» обращены к Нифонту — новгородскому архиепископу, противнику Святослава).

1-2-3-4-5-6-7-8-9




 

Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Сайт о произведении "Слово о полку Игореве".