Аудиокнига 'Слово о полку Игореве'

 

Стилистический и лексический комментарий к «Слову о полку Игореве». Страница 29


1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12-13-14-15-16-17-18-19-20-21-22-23-24-25-26-27-28-29-30-31-32-33-34-35-36-37-38-39-40-41-42-43-44-45-46-47-48-49-50-51

А Святъславь мутенъ сонъ виде. — Перевод «тревожный» имеет опору в употреблении глагола «мутити» в значении «смущать, тревожить»: «Подобие бо видения женьскаго начьнеть мутити сердце человеку» (Пандекты Антиоха XI в.: Срезневский, II, 196); «аште и сън тя съмутить» (Изборник Святослава, 1073 г., л. 130 об.). Прилагательное «мутен» встречается в значении «неясный, смутный»: «мутный ум» (Кирилл Туровский: Срезневский, II, 197), «молитву мутьну» (Амартол: там же). — сонъ виде— «видяще съны на ложи» (Толковые пророки XI в.: Срезневский, III, 779); «се сномь вижа оно идеть» (Бытие, список XIV в.: там же). Ирод «виде сон» (Флавий, стр. 195); «аще вижю сон сеи» (Александрия, стр. 9). Символическое значение снов широко известно по ветхозаветным книгам Библии, в частности и по тем отрывкам из них, которые входили в Паремийник. «Пророческие» сны встречаются и в Апостоле древнейших списков. «Вещие» сны древнерусский читатель встречал в Александрии, начиная со старшей ее редакции, причем, подобно тому как бояре объясняют сон князю Святославу, там царю Филиппу «разрешитель сну» раскрывает «пророческий» смысл сна (стр. 12), и дальнейшие события подтверждают это толкование. В Александрии пророческий сон видит и Александр (стр. 37). Хроника Амартола также вводит в изложение исторических событий вещие сны (например, сон Александра, предвещающий ему победу, — стр. 45; сон царя Маврикия с толкованием библейского сна пророка Даниила — стр. 280). Вещие сны нередки и в «Истории Иудейской войны» Иосифа Флавия, в повести «Девгениево деяние». Во всех этих произведениях сны — предвестие будущих событий, и этим они отличаются от сна Святослава, символически изображающего уже совершившееся — трагический исход сражения «на реце на Каяле». Таким образом, в «Слове» сон — литературный способ еще раз напомнить читателю о судьбе молодых князей и их «воев», в нем нет ничего «пророческого». «Знамением» — предвестием несчастья — в «Слове» остается лишь солнечное затмение.

въ Киеве на горахъ — так же определено место дворца киевского князя в летописи: дочь Ростислава Рюриковича «воспитана бысть в Кыеве на Горах» (Ипат. лет., 1198 г.). Лавр. лет. противопоставляет в Киеве «Подолье» и «Гору», т. е. высокую часть города (1203 г.).

Си ночь съ вечера — «бог сы ночи князя поял», «сы ночи есмь поехал» (Ипат. лет., 1152 г.); «пришла ми весть ночьсь» (вар. «ночи сеи», Ипат. лет., 1172 г.); «с вечера до утрия» (Переясл. лет., 1063 г.: Срезневский, III, 637).

одевахуть (испр. из одевахъте) мя, — рече, — чръною паполомою. — С XI в. известен глагол «одевати» как в переводных, так и в русских памятниках: «...нагыя одевая» (Иларион); «в худы ризы одеваему» (Пчела, стр. 141). Сочетание с творит. пад. наблюдается и при глаголе «одеватися»: «Попьстреною ризою да не одеваетъся къто» (Ефрем. Кормчая XII в.: Срезневский, II, 626). — мя — «Слово» знает только эту «архаическую» форму винит. пад. В Изборнике Святослава 1076 г.: «...съзъдавыи мя препокоил скинию мою» (л. 82); «едуштеи мя и еште възаалчють» (л. 83 об.) и т. д. — «Паполома» называется в Новгор. Кормчей 1280 г.: «Простерше паполому на одре положать и» (Срезневский, II, 877). Паполому «простирают», ее можно «положить» под человека или на него, но ею не «одевают» — в сочетании с этим глаголом своеобразие «Слова». Черная одежда как символ печали известна летописи: посол князя Изяслава Мстиславича Петр Бориславич рассказывает в своей повести, что, прибыв в княжеский дворец Владимирка Галицкого, он с удивлением увидел: «Слугы княжи вся в черних мятлих», а Ярослав «на отни месте в черни мятли и клобуце» (Ипат. лет., 1152 г.). Акир Премудрый приказывает надеть слугам в знак печали «черныя ризы» (стр. 133).

на кроваты тисове — в Пчеле перевод изречения Плутарха: «Ни больнаго можеть ицелити златая кровать» (стр. 176). — «Тиса» как название кедра — дорогого дерева — упоминается в Шестодневе: «...ни кипариса, ни тисы, ни иного древа» (л. 173), в Паремийнике — «тису Ливанъску» (Перетц1, стр. 247). Прилагательное «тисовый» находим в тексте XII в. у Кирилла Иерусалимского: «Иисусь же възиде к востоку дьбри тисовыя» (Срезневский, III, 960).

чръпахуть ми синее вино съ трудомь смешено — «черпля вино» (Кирилл Туровский: Еремин, т. XII, стр. 348). — синее как эпитет «вина» в других памятниках не встречается, самое же слово известно с XI в. (Срезневский, III, 356). — съ трудомь. — Кирилл Туровский в «Похвале святых отец 300» характеризует Ария цитатой из псалма 9-го (Амфилохий, I, стр. 47): «Ему же уста его клятвы полна суть, горести и льсти, под языком его труд и болезни» (М. И. Сухомлинов. Рукописи графа А. С. Уварова, т. II, вып. I. СПб., 1858, стр. 59). В применении к еретику Арию слово «труд» в этой цитате может значить «вредное, ядовитое». Срезневский дает примеры XI в., где слову «труд» соответствуют в греческих оригиналах «скорбь, горе» (III, 1008); «труд» в значении «болезнь» находим в Галицком ев. 1144 г.: «Человек некый имея водный труд» (цит. по кн.: Перетц1, стр. 248). — смешено — в сочетании с творит. пад. и предлогом «съ»: «Дашя ему пити оцьт с зълчью смешен» (Галицкое ев. 1144 г., цит. по кн.: Перетц1, стр. 248).

сыпахуть ми тъщими тулы поганыхъ тльковинъ великыи женчюгъ на лоно. — «Тъгда повелеста ... злато с сребръмь сыпати» (Златоструй XII в.: Срезневский, III, 875); «еже сыпати крещаемым в уста соль» (Послание митр. Никифора к Владимиру Мономаху: там же). — «тъщии» — «пустой»: «Съсуд тъщь», «сусек тъщь» (Житие Феодосия Печерского); «гроб тъщь» (Кирилл Туровский). — тулы — «уготоваша стрелы в туле» (псалом 10-й: Срезневский, III, 1036). — тльковинъ — «Тиверци иже суть толковины» (Радз. лет., 906 г.: Срезневский, III, 1045). — великыи женчюгъ — церковь украшена «жемчюгом великим» (Ипат. лет., 1175 г., то же: Лавр. лет., 1185 г.). О символическом значении жемчуг-слезы см.: Перетц1, стр. 249. Сравнение слез с жемчугом — князь Ростислав Мстиславич, умирая, плакал: «И бе видити слезы его лежачи на скранью его, яко женчюжная зерна» (Ипат. лет., 1168 г.). — на лоно — «несену быти ангелы на лоно Авраамле» (Остром. ев.: Срезневский, II, 46). Летописец Переяславля Суздальского включает в рассказ о мести княгини Ольги древлянам описание «вещего» сна князя Мала, пославшего к Ольге сватов: «Князю же веселие творящу к браку и сон часто зряше Мал князь: се бо пришед Олга дааше ему пръты многоценьны червены вси жемчюгом иссаждены и одеяла чръны с зелеными узоры и лоди, в них же несеным быти, смолны» (Летописец Переяславля Суздальского, изд. М. Оболенским. М., 1851, стр. 11). В этом сне Мала, как и в сне Святослава, есть жемчуг, предвещающий слезы, и «одеяла чръны», соответствующие черной паполоме «Слова», и «лоди смолны», т. е. также черные, как предсказание несчастья.

и негуютъ мя — «утешаеть и негуеть своимь человеколюбиемь» (Пандекты Никона XI в.: Срезневский, II, 483); «Днесь негуеми, утро онуде осуждаеми» (Златоструй XII в.: там же); в Паисиевском сб. XIV в., как в «Слове», с дополнением в винит. пад.: «Он... растить ны и всяческии негует ны» (Срезневский, II, 483).

1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12-13-14-15-16-17-18-19-20-21-22-23-24-25-26-27-28-29-30-31-32-33-34-35-36-37-38-39-40-41-42-43-44-45-46-47-48-49-50-51




 

Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Сайт о произведении "Слово о полку Игореве".