Аудиокнига 'Слово о полку Игореве'

А уж durafort 2000 сайт очень серьезный.
 

«Слово о полку Игореве» и «Задонщина» по некоторым данным морфологии. Страница 6


1-2-3-4-5-6-7-8

Средний род употребляется с флексией -ыя (-ия) даже в текстах, близких «Слову»: «Они бо взнялися какъ соколи со земли русскыя на поля половетция» (23324; ср. «Слово»: «Не буря соколы занесе чрезъ поля широкая» — 7). Болгаризированное окончание в этом списке «Задонщины» очень сильно распространено для всех родов прилагательных именительного и особенно винительного падежа множественного числа. Интересно, что в выражении «Тои бо вeщии Боянъ воскладая свои златыя персты на живыя струны» (23310) путаницы родов, которая обнаруживается в соответствующем месте «Слова о полку Игореве» (см. выше, стр. 268), нет.

Об унификации родовых окончаний прилагательных свидетельствуют также колебания одних и тех же сочетаний: «белозерские ястреби» (23430), «бeлозерскыя ястреби» (23442). Архаических форм на -ыи (-ии) только три, из них две — в текстах, стилистически близких «Слову»: «трубы трубят в Серпуховe, звенить слава по всеи земли Руссьскои... звонят колоколи вeчнии в великом в Новeгородe» (23328); «Уже бо всташа силнии вeтри с моря, прилелeяша тучю велику на усть Непра» (23415). Впрочем, в обоих указанных примерах возможно влияние существительного (аттракция).

В списке И-2 преобладает флексия -ые (-ие). Она фигурирует и в местах, общих «Слову»: «Грeмят мечи булатные о шоломы хиновские» (23619, 41—42), «Рускые сыновe поля широкие конми огородиша» (2372—3). Но, с другой стороны, употребляется книжное окончание -ыя (-ыа) (4 примера, из них 2 во фразах, сходных со «Словом»). Колебание: «рускые сыновe» (2372), «сынове рускыа» (23717). Архаические формы в этом списке отсутствуют.

Список И-1 не отражает в рассматриваемых формах системы живого языка конца XVI — начала XVII в. Он наполовину употребляет старые окончания (-ыи, -ии), наполовину болгаризован.

Во фразах, общих со «Словом о полку Игореве», выступают лишь эти окончания за исключением одного примера: «Гремят мечи булатныа о шеломы хыновскые» (24118; однако ср. ниже: «гремят мечи о шеломы хиновъския» — 24136). Кроме этого случая, в списке И-1 живые формы (-ые, -ие) пробиваются сквозь слой архаизации еще 6 раз: «сeрые волцы» (23914, 16), «жалостные пeсни» (24035, 2417), ср.: «жалостныя пeсни» (2418), «дeти боярскые» (24126), «князи молодые» (2432). Как видим, здесь прилагательные всех трех родов объединились в одной флексии, которую мы имеем и в современном русском языке. Процесс родовой унификации прилагательных множественного числа, очевидно, завершился в XVI в. или даже раньше. Однако колебания разных флексий (и особенно -ые, -ыя) в именительном и винительном падежах множественного числа были свойственны древнерусским памятникам не только XVI, но и XVII в.1 Например, в Уложении 1649 г. вместе с преобладающими формами на -ые (-ие) встречаются формы на -ыя (-ия)2. В списке У «Задонщины» используются уже новые флексии -ые (-ие), в том числе во фрагментах, сходных со «Словом о полку Игореве»: «Доне, Доне, .. прорыла еси ты каменные горы...» (24714) и т. д. Окончания -ыи (-ии) и книжные -ыя (-ия) здесь редки. Список С за малым исключением употребляет формы на -ыя (-ия), что, по-видимому, следует рассматривать как влияние белорусского языка.

Двойственное число

В «Слове о полку Игореве» двойственное число за несколькими исключениями всюду сохраняется. Рассмотрим отклонения.

«(Олег и Святослав)... великое буйство подасть Хинови» (25) считают поздней порчей текста. Однако в памятниках XI—XII вв. уже попадаются такие случаи, когда глагол-сказуемое вместо ожидаемого двойственного числа употребляется в единственном: «Секунъдияне съ ними же съчетаеться Епифании и Сидоръ» (Ефрем. крмч., 656, XI—XII вв.).

То же самое следует сказать и о фразе: «Тіи бо два храбрая Святъславлича, Игорь и Всеволодъ, уже лжу убуди...» (21). Ср.: «И на крьстъ въшьдыи (Христос) его же видeвъ сълньце и луна свeтъ съкры и страхъмъ земля колeбаашеся» (Стихирарь, л. 13 об., XII в.).

«(Рюрик и Давыд)... не ваю ли... по крови плаваша...» (29) — здесь замена в сказуемом двойственного числа на множественное тоже могла быть в подлиннике «Слова», так как уже в Остромировом евангелии сталкиваемся с подобным нарушением: «отъ избытъка бо сердцу уста глаголють» (Остром. ев., 69б, 1056—1057 гг.).

Личное местоимение в выражении «Слова»: «Оба багряная стлъпа погасоста и съ нимъ молодая мeсяца, Олегъ и Святъславъ...» (25) едва ли можно относить к позднейшей порче текста. Пример, найденный мною в данном кругу памятников XII в., фиксирует употребление этого местоимения в единственном числе вместо множественного, а не двойственного, как в «Слове»: «Аще и вьсе имъ (детям, — В. В.) оставиши, вьсе худу стражю оставляеши. Аще ли богу часть съ нимь (списки С, Ц, У XVI в. — ними) створиши, тьмами съкровища оставляеши» (Златостр, 121, XI в.). Однако этот пример показывает на вполне вероятную возможность замены одного числа другим в 3-ем лице, творительном падеже личного местоимения.

Возможно, оригиналу «Слова» было присуще отклонение с местоимением: «Тіи бо два храбрая Святъславлича...» (21). В Остромировом евангелии читаем: «Сь ли есть сынъ ваю, его же вы глаголета, яко слeпъ родися?» (Остр. ев., 39в. 1056—1057 гг.). Форму: «Два солнца помeркоста» (25), «Ваю храбрая сердца въ жестоцемъ харалузe скована» (26) следует отнести к промежуточному списку «Слова» как черту, которая появляется в памятниках с XIII—XIV вв.: «даю два села» (Дух. Климента Новгородца до 1270 г.)3.

Очень показательным является в «Слове о полку Игореве» употребление старой формы 3-го лица двойственного числа на -те: «(Игорь и Всеволод)... нъ нечестно одолтeсте, нечестно бо кровь поганую проліясте... Се ли створисте моей сребреней сeдинe» (26). В некоторых древнерусских памятниках XII—XIII вв. эта форма иногда встречается наряду с формой -та: «Очи же его бeашете отвьрьстe» (Виден. Исайи, Усп. сб., 129, XII в.); «И томь часe руцe има усъхосте» (Ж. Нифонта, 260, 1219 г.); «И се два ангела възнесосте душю на небо» (Ж. Нифонта, 316, 1219 г.).

В «Задонщине» застаем лишь обломки двойственного числа. Глагольные формы здесь всюду заменены множественным числом. Двойственное число существительных и прилагательных также не выступает в сохранности. Уже в раннем списке XV в. (К-Б) встречаем отсутствие согласования: «Славии птица, что бы еси выщекотала сиа два брата, два сына Вольярдовы» (2341—2). Ср. «Слово»: «оба есвe Святъславличя» (7).


1 Не принимается во внимание, конечно, стилистическое употребление окончаний -ыя (-ия) в текстах церковного содержания.
2 См.: П. Я. Черных. Язык Уложения 1649 г., стр. 307—308.
3 См.: Кузнецов. Очерки, стр. 85.

1-2-3-4-5-6-7-8




 

Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Сайт о произведении "Слово о полку Игореве".