Аудиокнига 'Слово о полку Игореве'

 

Некоторые замечания о лексике «Задонщины». Страница 2


1-2-3

Более поздней вставкой, вероятно, является название восточной ткани «камка» (и «насычь»?) в перечислении трофеев, захваченных русскими у татар после победы в Куликовской битве: «Уже рускыа сынове разграбиша татарская узорочя, доспехи и кони, волы и велблуды, вино, сахарь, дорогое узороче, камкы, насычеве везут женам своимъ»1. Камка — привозная восточная шелковая ткань, известна в русских документах с конца XV в. Наиболее ранние примеры ее употребления зафиксированы и Срезневским в «Материалах»: «Хожение» Афанасия Никитина (1466—1472 гг.) и Духовная Михаила Андреевича Верейского (около 1486 г.). Ср.: «А у Офони, у Пронина сына, у Сомяникова взяли (поляки, — В. В.) осмнатцать литр шолку цвeтного... да пять камочек турьскихь» (1489 г.)2; «Великая государыня наша Софья твоей светлости поминается, сорокъ соболей да камка» (1490 г.)34.

В списке конца XV — начала XVI в. «Задонщины» читаем: «Уже сынове рускыа... волы и врьблуды и вина и сахарь и все доброе узороч[ь]е калсим и насыч вывeзут женам своим»5. В русской письменности слово «калсим» не встречается. Если это испорченное «камка» (по свидетельству других поздних списков), то искажение писца можно объяснить, очевидно, новизной этого термина. Но может быть, это «килим» (перс., татарск. «келим», «гилям») — домотканный ковер без ворсы? Название «насыч», кроме «Сказания о Мамаевом побоище», куда оно могло попасть под влиянием «Задонщины», в русских текстах тоже не удалось обнаружить. Слово «катуна» (тюркск. «катын», «хатын» и т. п. — «женщина», «жена») татаро-монгольское иго не ввело в состав русского языка, так как в этом не ощущалось особой необходимости, данное понятие целиком соответствовало славянскому «жена», а с XV в. — «женщина»6. В «Задонщине» и в других памятниках XV—XVI вв. «катуна» употребляется как название татарских женщин: «туто погании... а ркуче: „Уже намъ, брат[и], в земли своей не бывати, а дeтeй своих не видати, а катун своих не трепати“»7; «А катуней (татарских, — В. В.) посадиша в иную тюрму легчае и виднeе, у Трупеховыхъ ворот»8. В середине XVI в. завоевание казанского царства Иваном IV несколько оживило это слово (см., например, «Казанскую историю», описание этого времени в летописях и др.). Трудно сказать, было ли оно в подлиннике «Задонщины»: если было, то почему-то оно не встречается в двух списках конца XVI—XVII вв.: ГИМа (№ 2060) и Ундольского. Переписчик Синодального списка произвел замену «катуна» на общерусское «жена» («татарове... глаголюще: „Уж нам у Золотой орда не бывати, бедных жон и детей не видати“»)9, по-видимому, ввиду редкости этого слова и белорусского происхождения списка (на материале белорусских памятников это слово не зарегистрировано).

Некоторый интерес представляет употребление в раннем списке «Задонщины» слова «царь». Списки «Задонщины» упоминают неоднократно о «царе Мамае», «царе Соломоне», «царе Батые». До XV в. этим титулом на Руси величали византийских и других иноземных правителей, а также татарских ханов. В XV же столетии слово «царь» со значением всемогущей державной власти начало входить в обиход русского человека (впервые в «Слове о житии и о преставлении Дмитрия Ивановича, царя русьскаго»), пока наконец в 1547 г. не закрепилось Иваном Грозным в качестве официального титула «государя всея Руси». Отдавая дань своему времени, писец XV в. в Кирилло-Белозерском списке «Задонщины» (1470-е годы) сделал следующее добавление, ретроспективно назвав князя Владимира Киевского царем русским: «помянувше прадeда князя Володимера киевьскаго, царя русскаго»10.

В «Задонщине» слово «орда» употребляется в списках XVI—XVII вв.11 не только в значении названия татаро-монгольского государства — Золотой Орды — или сборища кочевых племен хана Мамая, но и в значении русского войска: «И молвяше ему фрязове: чему ти, поганыи Мамаи, на рускую землю, то ти была орда Залeская времена первый»12 (ср.: «То тя била орда Залeская»)13. Можно предполагать, что семантика тюркского слова «орда» на русской почве развивалась по двум линиям: с одной стороны, от названия татарского государства — Золотой орды — пошло значение страны, государства вообще («вeдомо всeм совeтником и приказным людем, что у того Онтона былъ свой собинной двор годы съ три, и что он торговал про себя ж і вываживал товары здeшнего государства ис твоей государевы области в ыные орды, и также приваживалъ товары сюда из ыныхъ земель»)14; другая семантическая линия ведет начало от «орды» как сборища кочевых племен, совершающих набеги на Русь: ордой стало иногда называться войско и других народов, иногда просто толпы. Оба эти значения фиксируются словарями и Картотекой Древнерусского словаря главным образом в XVI—XVII вв. В значении «войско» слово «орда» выступает в «Материалах» И. Срезневского в примере из «Хожения» Афанасия Никитина в Индию в списке XVI в.: «И царь послал за нами всю свою орду». Однако ордой здесь названо опять-таки татарское войско. Вот более полная цитата данного места из «Хожения» Афанасия Никитина: «поeхали есмя мимо Хазтарокань... царь нас видeл, а Татаровe намъ кликали: качьма, не бeгайте. И царь послалъ за нами всю свою орду, и... нас ностигли на Бугунe, застрeлили у нас человeка»15 (ср.: «Того же лeта пріиде король Литовской Стефанъ Абатуръ со многими орды 17 земель подъ пресловущій градъ Псковъ...» (1581 г.)16; «...начат же с собою поднимати орды немецкие на разореніе святому мeсту и на пролитіе христіанской крови» (1613 г.)17. Ни одного примера, где бы «орда» применялась для обозначения русского войска, кроме «Задонщины», не встретилось. Все это позволяет сомневаться, фигурировало ли оно в самом подлиннике «Задонщины». Может быть, это явилось более поздней допиской, заменой?

Соединение в одном тексте слова с двумя полюсными значениями сказалось в списках «Задонщины» в употреблении слова «победа»: 1) одоление врага; 2) беда, поражение. В значении «беда», «поражение» оно встречается в трех списках «Задонщины» конца XVI—XVII вв.: «Въздаюм поганому Мамаю победы и великому князю Дмитрию Ивановичю похвалу»18. В письменных памятниках это значение находит применение редко. И. Срезневский не указал в своих «Материалах» ни одного примера, а отметил лишь прилагательное «победный» — несчастный в «Софийском временнике» под 1535 г. Зато «победу» в качестве беды, «победный» — бедный, несчастный фиксируют областные словари конца XIX — начала XX в.19 По-видимому, оно приходило в письменность из живой народной речи, но проникновение «победы» — беды, поражения в памятники тормозилось общераспространенным значением — «одоление врага». В статье «Несколько дополнительных замечаний к Слову о Задонщине»20 И. Срезневский приводит две иллюстрации из Н1Л, где слово «победа» используется летописцем как «поражение», «беда». Вторая цитата, взятая И. Срезневским из Академического списка XV в. Н1Л (под 1389 г.), представляет некоторую параллель к «Задонщине»: «Възнес бог десницу князя великого Дмитрея Ивановича и брата его князя Володимера Андрeевича на побeду иноплеменник»21. Если бы мы были уверены, что начало Кирилло-Белозерского списка (1470-е годы) совпадает с подлинником «Задонщины», то можно было бы предполагать, что фраза: «Въздаюм поганому Мамаю победы...» (см. выше) была вставлена в список ГИМа, № 2060 (конца XVI — начала XVII в.), не без влияния Н1Л. Но если эта фраза была в оригинале, то возможно и обратное влияние. Однако как бы там ни было, употребление слова «победа» в двух противоположных значениях в поздних списках «Задонщины» оправдано вполне тем, что в XVI—XVII вв., в период становления русского национального языка, в письменность особенно сильно врывается струя живой народной речи. Ср.: «Мамаи ж, видeв побeду свою, и нача призывати боги своя: ...и не бысть ему помощи от них ничтоже»22; «В болезнeх бо всяка побeда бываетъ труды готовятся»23; «Вдовья побeда (вар.: бeда) горчае всeхъ»24; «Слышанна же сія бывшая побeда во всeх градех московских, яко превеликая Москва разрушенна и раскопанна, и плакашася о таковой побeде вси людіе»25.


1 ТОРДЛ, т. VI, стр. 242, список ГИМ, № 2060.
2 Памятники дипломатических сношений Московского государства с Польско-Литовским, тт. I—V. М. — СПб., 1882—1913.
3 Памятники дипломатических сношений с Римскою империею, т. I. СПб., 1851, стр. 35.
4 Список ГИМ, № 3045 (ТОДРЛ, т. VI, стр. 237).
5 В двух списках «Русской Правды» (Троицкий IV и Археографический II) XV в. впервые встречается синоним к слову «жена» — «женщина»: «Аще ся дасть человeк или женщина утошна времени, дерн емоу не надобe, а поидет прочь, да дасть 3 гривнe, а слоужил даром» (Правда Русская, Прилож., Закон судный, стр. 316).
6 Список ГИМ, № 3045 (ТОДРЛ, т. VI, стр. 237).
7 Псковская первая летопись. — ПСРЛ, т. IV, стр. 300, под 1535 г.
8 ТОДРЛ, т. VI, стр. 255.
9 ТОДРЛ, т. VI, стр. 233.
10 Списки ГИМ (№ 2060), Ундольского, Синодальный.
11 ТОДРЛ, т. VI, стр. 242, список ГИМ, № 2060.
12 ТОДРЛ, т. VI, стр. 248, список Ундольского: «Залeсскою стороною называлось, вероятно, все пространство на север от полей. Ср. в Воскресенской летописи под 1146 г.: «повоевав Корачев и бeжа за лeс в Вятичи» (ПСРЛ, т. VII, стр. 37); «Орда Залeсская — войско Московское» (И. И. Срезневский. Несколько дополнительных замечаний к Слову о Задонщине. — ИОРЯС, 2-е отд., т. 7, II, СПб., 1858, стр. 100).
13 Памятники дипломатических сношений Московского государства с Англией, т. II, стр. 211 (1586 г.).
14 ПСРЛ, т. VI. СПб., 1853, стр. 331.
15 ПСРЛ, т. IV. Псковская первая летопись, стр. 319.=
16 Новгородская III летопись. — Новгородские летописи. Изд. Археографической комиссии, СПб., 1879, стр. 363, список XVIII в.
17 ТОДРЛ, т. VI, стр. 237, список ГИМ, № 3045; ср. стр. 243, список Ундольского и стр. 250, список Синодальный.
18 А. Подвысоцкий. Архангельский областной словарь. СПб., 1885; Г. Куликовский. Словарь областной олонецкого наречия. СПб., 1889; В. Н. Добровольский. Смоленский областной словарь. Смоленск, 1914.
19 ИОРЯС, 2-е отд., т. 7, в. II, стр. 96.
20 См. также в Комиссионном списке Н1Л (Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М. — Л., 1950, стр. 377).
21 Сказание о Мамаевом побоище. В кн.: С. К. Шамбинаго. Повести о Мамаевом побоище. — СОРЯС, 1906, т. XI, № 7, стр. 31—32.
22 Житие митрополита Филиппа, конец XVI в. Рукопись б. Румянцевского музея № 361. XVII в.
23 Книга степенная царского родословия, чч. 1—2 (ПСРЛ, т. XXI. СПб., 1908—1913), 1560-е годы, список XVI—XVII вв.
24 Повесть кн. И. М. Катырева-Ростовского (I редакция). — РИБ, т. 13, изд. 3. Л., 1925, 1626 г., список XVII в.
25 ТОДРЛ, т. VI, стр. 242, список ГИМ, № 2060.

1-2-3




 

Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Сайт о произведении "Слово о полку Игореве".